Семинар «Теория и практика авторской лексикографии»

[Титульная страница семинара]

4 октября на очередном заседании семинара с докладом «О "серийных" метафорах прозаического текста. "Тихий Дон" Шолохова и тексты Крюкова: К построению дифференциально-стилистического словаря»» выступил д. ф. н. М. Ю. Михеев (НИВЦ МГУ).















В докладе обсуждались такие маркеры прозы Шолохова, как – очень часто встречающиеся у него, сближающие его текст с орнаментальной прозой – экзотизмы, т. е. Донские и не собственно Донские слова и выражения (иногда просто сделанные «под» диалектные). По мнению автора доклада, они образуют в тексте романа серии – слов, расположенных на конкретных местах, со своим «пульсом», как бы «прошивающим» весь роман насквозь, с определенными замедлениями и ускорениями, а также «кульминациями», т. е. наиболее выразительными точками внутри серии. Такие серии могут значительно различаться по объему (скажем, серия просторечных частиц ишо или ить – вместо еще и ведь в прямой речи персонажей – насчитывают в романе более 200 вхождений каждая). В докладе были предложены на рассмотрение, с одной стороны, серия таких слов, как непролазь – непроглядь – невидь (всего их по тексту около двух десятков). А с другой стороны, уже совсем малочисленная серия слов цветень и выцветень (она имеет в романе всего четыре вхождения). Первые два в первой серии и второе в последней (непроглядь ‘темнота; время, когда плохо различимы окружающие предметы’ – по СРНГ зафиксировано только как Свердл[овское] в 1971, а непролаз (с мягким согласным на конце, как у Шолохова, в словаре нет) в значении ‘так много (грязи, снега), что трудно или невозможно пройти, проехать, выбраться’ – как Пенз[енское] в 1960; слово выцветень не зафиксировано, при том что есть выцвести – ‘очень сильно пожелтеть и похудеть от болезни’ Твер. 1855, Калуж.). Можно было бы, наверно, отнести их к авторским неологизмам, своеобразным контаминациям, поскольку как собственно Донские они неизвестны. Приводились также примеры из литературы предшественников и современников Шолохова (находимые по Национальному корпусу русского языка или пока отсутствующие в нем), которые могли служить образцами для образования подобного рода «неологизмов» – в частности, словечки из сборника рассказов А. Соболя (1924) вроде безлюдь, безмолвь, блеснь, плавь, стужь и т. д. Местами же «кульминаций» в сериях докладчик считает наиболее метафоричные употребления внутри каждой из них: в первом случае это смятение в душе главного героя, передаваемое словами от автора (ч. 6 г. 2) непролазь пережитого – когда Григорий Мелехов затрудняется ответить на вопрос своего брата, не переметнется ли он потом к красным, отвечает не вполне уверенно; а во втором (ч. 5 г. 12) линялая выцветень – описание его же внутренних переживаний, Григория, после расставания с Аксиньей и женитьбы на Наталье. Текст «Тихого Дона» рассматривается докладчиком как своего рода палимпсест, заключающий в себе, возможно, наряду с другими, на глубинном уровне – текст Ф. Крюкова, но в переделанном, практически до неузнаваемости, виде. В частности, обе рассмотренные серии – у Шолохова так или иначе представленные – у Крюкова отсутствуют. В докладе был также предложен проект создания в будущем словаря лексических и синтаксических схождений / расхождений поэтических систем двух авторов.