Кажется, Лена была всегда. Вроде бы, мы познакомились по дороге на летнюю лингвистическую школу в Апрелевке летом 93 года. Мне тогда было 14 лет.
Малаховка, Солнцево. Помню, как Лена говорит:
— Интересно, наши друзья почему-то говорят, что в Солнцево ехать слишком далеко, а вот Сашиным и Володиным друзьям — нормально, они добираются каждый день.
Бесконечная благодарность (перечисляю в случайном порядке) и за первые встречи с лингвистикой, и за встречу с православием с человеческим лицом, и за какую-то невероятно верную интонацию и неравнодушие при общении с детьми в лице и всех нас, и наших детей, и за разговоры с глазу на глаз в самые тяжелые периоды жизни, с очень точной оценкой моих действий, но при этом без осуждения, и за многое и многое другое, о чем пока невозможно говорить.
Из почти последнего — как ты в Будве решила накормить моих мальчиков супом. Не знаю, кто получал от этого большее удовольствие: они, ты или я.
И отдельно — как Лена приехала к нам всем в Будву вскоре после нашего отъезда из Москвы в 22 году. И как я вдруг очень ясно почувствовал, насколько мне до этого было неспокойно, хотя я даже и не отдавал себе в этом отчета, и как сразу стало спокойно: наконец-то приехали настоящие взрослые.
Всех обнимаю!
Царствует ад, но не вечнует над родом человеческим.