У каждого из нас, друзей, есть, конечно, своя Главная история с Леной.
У меня их две. Одна – про щедрость. Другая – про любовь и сострадание.
Я тогда знала ее совсем недолго. Они переехали с Алёшей в квартиру его тёти. До этого был ремонт, а вскоре стало известно, что тем, чьи окна выходят на шумный автобусный круг (как раз Лена с Алёшей), будут вставлять новые окна за счет города. Но ребята сделали это уже сами! Вот таким предполагалось вернуть затраты деньгами. Это была солидная сумма, надо сказать. И по тем временам, и после. Но можно было сделать и по-другому… А мы уже захаживали друг к другу, и во время таких посиделок у Лены, видимо, и возник план. Узнала я, когда всё уже было ею согласовано. Так вот, деньги за окна можно было не брать, а передать право постановки другим соседям. Этими счастливцами оказались мы! Отговорить, убедить, что ей эти деньги самой очень нужны, не получилось. Лена приняла решение и не суетилась больше. Так у нас появились три прекрасных окна и французский балкончик со стеклами во всю стену.
История другая.
С дочкой случилась беда. Она ждала ребенка, но что-то пошло не так. Она набегалась между репетициями и концертами, и на сравнительно небольшом сроке открылось сильное кровотечение. Её взяли с улицы. На УЗИ жестко сказали: «Все так плохо, что мы с вас даже денег не возьмем»…
Из известной больницы её выписали недолеченной, сказав, что «всё нормально». И она лежала дома. Ходила ежедневно колоть медсестра, тоже боялась за нее, не скрывала этого. А мне было страшно уже не за ребенка, а за дочку. Была неизвестность, было непонятно, что же делать…
Почему я не рассказала Ленке сразу? Не помню… Почему решила спросить именно ее?.. Вообще я часто с ней советовалась. Она была во многом опытна. И умела слушать. Вот и тогда она услышала моё отчаянье, хотя я старалась, очень старалась ничем этого не выдать. Она не охала, вообще говорила мало. Но и как-то не успокаивала. Это был поздний разговор. Я потом случайно узнала: она полночи обзванивала друзей. И к утру у меня был номер врача. А днём дочка была уже в нужной клинике в чудных руках. И обе были спасены – и дочка, и внучка.
А как-то Лена ходила по нашему дому и сказала, смеясь, про одну из комнат: «Эта вот имени меня!»
Там всё сделано было, действительно, с её помощью.
Спасибо тебе, Ленка, за многое-многое в нашей жизни имени тебя!
За девочек моих спасибо!